«Благородный рыцарь науки и техники – советский Леонардо ХХ века»
/размышления и воспоминания/.
25 февраля 1959 года . . . В БЭП е / т.н. «Бюро электрических приборов»/, занимавшемся под руководством Л.А.Арцимовича проблемой управляемого термоядерного синтеза (УТС) и в ОЭА х) ( т.н. «Отделе электроаппаратуры», занимавшемся под руководством Л.А.Арцимовича электромагнитным разделением изотопов) все мы, тогда молодые сотрудники, радостно готовились к 50-летнему юбилею Льва Андреевича Арцимовича.
Все помнится так, как будто это было лишь вчера: и, в том числе, знаменитая ОПИАДА, которая готовилась В.Д.Шафрановым, В.И.Коганом и многими другими в строжайшей тайне от Юбиляра.
Наши «старики» (почти ровесники Л.А.Арцимовича, начальники лабораторий, некоторые из них Лауреаты Ленинской Премии (1958 год) тоже готовились к Юбилею, но очень своеобразно. Помню, они пришли в одну из комнат БЭПа и, весело хихикая, сказали следующее: «Мы посмотрели энциклопедию и увидели: Аристотель, Архимед, Арцимович». Они захохотали, очень довольные собственным остроумием. Не смеялся только один человек, (и мы тоже не смеялись), которого мы искренне любили: это был Натан Аронович Явлинский. Наверное, только он понимал истинный масштаб личности Льва Андреевича - Ученого и Человека!
5 лет спустя, в декабре 1964-го года, по Всесоюзному радио Юрий Левитан торжественно зачитал Сообщение ТАСС о первом в мире успешном испытании в космосе плазменных двигателей. Все газеты и радиостанции мира сообщили об этом. И только сотрудники ОПИ знали, что эти двигатели были разработаны и созданы под руководством Льва Андреевича (гриф работы «секретно»).
Х) БЭП и ОЭА составляли Отдел Плазменных Исследований (ОПИ)
В сентябре 2007 года во Флоренции состоялась ХХХ-я Международная Конференция по Электрическим Ракетным Двигателям (ЭРД). Председатель Конференции, профессор, замечательный ученый, замечательный человек, Мариано Андренуччи, директор Института Космических Исследований и руководитель корпорации ALTA (г.Пиза) лично пригласил меня выступить с докладом на этой юбилейной Конференции и рассказать о выдающихся первопроходцах, усилиями которых в истории космический техники началась эра ЭРД. Я сообщил об этом приглашении Нелли Георгиевне Арцимович, которая одобрила мои планы выступить с весьма тщательным и информативным докладом, т.к. мировой научной общественности до сих пор было очень малоизвестно о выдающейся роли Льва Андреевича в разработке и создании ЭРД. Доклад назывался так: «Первые летные испытания в космосе электрической ракетной двигательной установки (ЭРДУ)». Нелли Георгиевна также посоветовала мне обязательно посетить во Флоренции уникальную, замечательную, единственную в Италии православную церковь. Нелли Георгиевна лично была в этой церкви, и она рассказывала об этом Льву Андреевичу.
И вот настал этот памятный день - день 21 сентября 2007 года, день солнечный, день радостно волнующий. Оказалось, что красавица флорентийская церковь, находится на улице Via Leone X, т.е на улице папы Римского Льва Х. Настроение у меня было приподнятое, доклад прошел удачно. Мариано Андренуччи и многие другие задавали вопросы. Ответы их удовлетворили. Доклад я посвятил памяти первопроходцев ЭРД – К.Э.Циолковского, В.П.Глушко, С.П.Королева и Л.А.Арцимовича. В честь этих великих первопроходцев раздались дружные аплодисменты. . .
Теперь лишь одно тревожило меня, а именно: как назвать мои размышления и воспоминания о Льве Андреевиче. И вот в этот знаменательный день 21 сентября 2007 г. /день Рождества Богородицы, день годовщины Куликовской битвы/, день теплого флорентийского солнца меня вдруг осенило: во Флоренции жил и творил Леонардо да Винчи. Храм находится на улице Via Leone, и Leone – это Лев, это Leonardo!
Лев Арцимович воистину может быть сравнен, по совокупности своих достоинств и достижений, только с этим титаном эпохи Ренессанса, только с Леонардо да Винчи !!!
Именно после посещения флорентийского храма у меня возникла окончательная формулировка названия воспоминаний о Льве Андреевиче:
Лев - Leone – Leonardo – Лев Андреевич больше всех напоминает титана эпохи Возрождения – Леонардо да Винчи!
Шутники «старики» из ОПИ ( Аристотель, Архимед, Арцимович . . .) были близки к истине.
Это подтверждают и Воспоминания о Льве Андреевиче:
- «человек Ренессанса» (Ф.Лонг),
- «выдающийся гражданин своей страны» ( Г.Сиборг),
- «гениальный ученый, бесконечно добрый, прямой человек»
(М.Грийо),
- «нас поразила инженерная и научная эрудиция Арцимовича» (Х. Альвен).
Сказанного достаточно.
Лев Андреевич Арцимович – выдающийся физик, гениальный инженер и изобретатель, универсальный ученый и мыслитель, Мастер Физики и ее технических, прикладных приложений.
Сказанного более, чем достаточно для тех, кто знал Льва Андреевича. А для «непосвященных» необходимо привести убедительные доказательства.
Здесь уместно напомнить, что академики С.П.Королев, Б.В. Раушенбах, А.Н. Туполев были докторами технических наук, т.к. они были творцами уникальных произведений их искусства – реально действующих устройств (первый спутник Земли и т.д.). У Льва Андреевича – много созданных под его непосредственным руководством установок- плодов его гения: токамак, различные типы ЭРД и многое другое. Технические устройства Арцимовича – плоды синтеза его гениального интеллекта и его гениальной интуиции экспериментатора.
Великий собрат Льва Андреевича – Леонардо до Винчи говорил: «Эксперимент – истинный посредник между Человеком и Природой». Другой гений Ренессанса, Галилео Галилей, фактически дополняет и развивает мысль Леонардо: «Любые истины легко понять, когда они открыты. Сложность в том, чтобы открыть их».
Гений Л.А.Арцимович состоял, в том числе, в исключительной его способности не только открывать тайны, хранимые природой, но и заставить их служить потребностям человеческого общества как в России, так и в других странах.
Во французском слове «инженер» корнем является «гений»! Инженер – это мыслитель, изобретатель, способный, благодаря своему гению, создавать новые, эффективные устройства.
Ханнес Альвен, выдающийся ученый инженер, физик и астрофизик, профессор Королевского технологического института в Стокгольме, пользовался большим уважением Льва Адреевича. Именно Лев Андреевич был редактором классической монографии Х. Альвена (1967 г., второе издание). Х. Апьвен очень высоко ценил инженерный гений и эрудицию Льва Андреевича. Инженерный гений Льва Андреевича высоко ценили в мире. Например, даже в далекой от Швеции Мексике ему вручили именную юбилейную медаль в связи с 50-летием основания Национальной инженерной академии.
Лев Андреевич – универсальный гений. Его научно-технические идеи с годами не теряют своего значения (это, например, отметил Г. Фюрт). А что касается соотношения инженерных наук и теории в трудах универсального гения, отметим следующее.
Теория ( ) есть, в каком-то смысле видение Бога, озарение.хх) У Льва Андреевича это «озарение» пронизывает все его труды! Это отмечает, например, Б.Б. Кадомцев. Лев Андреевич создал новую науку – физику высокотемпературной плазмы. Б.Б.Кадомцев подчеркивал, что именно Львом Андреевичем был предложен ряд важных теоретических задач. С.В.Мирнов пишет, что Л.А.Арцимович, чуть ли не за одну ночь, проверив правильность модели Г.И.Будкера, стимулировал разработку Р.З.Сагдеевым и А.А.Галеевым неоклассической модели переноса в плазме токамака.
Из воспоминаний Б.Б.Кадомцева, С.В.Мирнова, К.А.Разумовой видно, что Лев Андреевич жил на износ, не щадя своих сил: «При всем своем критическом складе характера он глубоко верил в то, что за видимым хаосом фактов скрыта единая, предельно простая физическая сущность. Конкретным проявлением этой веры было состояние непрерывного изнурительного поиска – черта абсолютно неотделимая от образа Арцимовича. Непрерывная, изнурительная работа со сверхчеловеческим напряжением сил и безвременная смерть в 64 года . . . Даже и здесь у Льва Андреевича грустное сходство с Леонардо да Винчи (Леонардо прожил 67 лет . . .).
Гениальный инженер, изобретатель, первопроходец – Лев Андреевич Арцимович – это гений среди нас – советский Леонардо да Винчи ХХ века, века ракетно-ядерного.
ХХ) Макс фон Лауэ «История физики», М: ГИТТЛ, с.8.
Необыкновенный человек, бесстрашный рыцарь науки – это Арцимович. Некоторые абсолютно неправильно сравнивают его с Дон Кихотом.
Бесстрашный воин, всегда готовый адекватно, эффективно и оперативно действовать даже во внезапно возникшей ситуации.
Род Арцимовичей берет свое начало из сердца Польши – из Краковского воеводства. Славный предок Льва Арцимовича был знаменосцем и геройски погиб в битве при Грюнвальде в июле 1410 года! Тогда Тевтонский Орден крестоносцев был разгромлен. Вот как описывает это событие Генрих Сенкевич, Лауреат Нобелевской премии (роман «Крестоносцы»). «Через час ветер поутих, и хорунжие смогли развернуть хоругви. . . Шла краковская земля под красной хоругвью с белым орлом в короне; это была главная хоругвь всего Королевства Польского, великое знамя всего войска, нес его Марцин из Вроцимовиц, могучий и славный рыцарь. Хорунжий Марцин героически погиб, но священное знамя из рук не выпустил, победа под Грюнвальдом была полная.
Интересно, что А.П.Завенягин в 1950 году читал именно «Крестоносцев» (когда в спецвагоне ехал с дочерью Евгенией Авраамиевной в Кисловодск. А.П.Завенягин сказал дочери: «Прочитай эту книгу. Очень интересно. А.П.Завенягин и Л.А.Арцимович очень уважали друг друга, дружно и результативно работали вместе.
Лев Андреевич очень напоминает другого выдающегося поляка – К.К.Рокоссовского. Их девизом был девиз благородных рыцарей – «Жизнь Родине, Честь – никому!».
Гений Арцимовича феноменален и универсален. Лауреат Нобелевской премии И.Павлов говорил: «Гений – это высшая способность концентрировать внимание на изучаемом предмете».
Гений Арцимовича – это еще и выдающиеся организаторские способности. Арцимович – это Маршал Советской науки и техники, Маршал всей мировой физики плазмы.
В чем суть универсальности гения Арцимовича? По-видимому, близок к истине Борис Викторович Раушенбах – соратник Арцимовича , с которым он общался при создании первого в мире ЭРД. Б.В.Раушенбах по кругу интересов и талантов близок выдающимся мыслителям эпохи Возрождения. Б.В.Раушенбах говорил (интервью 1993 г.): «У большинства из нас работает лишь левое полушарие, а правое – образное бездействует». Правое полушарие управляет образным мышлением, эмоциями, душой, а также характером человека – силой воли, организованностью и т.д. Люди с прекрасно работающим правым полушарием – это потенциальные гении. Они – левши (вспомните «Левшу» Н.С.Лескова, искусного мастера техники). Великие левши – Л.А.Арцимович, Леонардо да Винчи, Рафаэль Санти. Леонардо да Винчи образно мыслил: «Поэзия – это живопись, которую слышат».
Организационными способностями, характером и силой воли Бог не обделил и В.В.Путина (тоже левша) . . .
Лев Андреевич был великим романтиком, любил искусство, живопись, поэзию, литературу. В том числе любил А.Франса (это любимый писатель Б.В.Раушенбаха, Бунина, Льва Толстого!). Наверняка любил музыку и любовь. Наверняка был согласен с А.С.Пушкиным: «Изо всех искусств лишь любви музыка уступает, но и любовь – мелодия!».
Льву Андреевичу «вторит» его «тезка» Леонардо до Винчи – «Любовь меня воодушевляет!»
Сказанного достаточно. Сформулируем основные достижения Л.А.Арцимовича – советского Леонардо да Винчи ХХ века:
Дважды учитель и научный отец .
Общаться со Львом Андреевичем я имел радость около 26-ти лет. Первая встреча – 1 сентября 1951 года «сфотографировалась» так, как будто она была вчера. Красивое здание /ул. Кирова, 21 – дворец князя Юсупова. Вывески нет: - это секретный Московский Механический Институт Боеприпасов/ с 1943 года – ядерных боеприпасов. Л.А.Арцимович – профессор кафедры Ядерной физики. К парадному подъезду подъехал автомобиль, из него вышел Арцимович с двумя телохранителями. Лев Андреевич вошел в аудиторию, а снаружи аудитории по стойке «смирно» встали телохранители с пистолетами. Не обращая на них внимания, Лев Андреевич начал лекцию. Он ее не «читал»: он вдохновенно вел разговор с каждым из нас. Простота, ясность, остроумные замечания. Я до сих пор помню его лекции. Теперь я понимаю и знаю, какой тяжкий груз ответственности лежал на Льве Андреевиче – груз Атомного Проекта! Теперь я понимаю, что его гениальная голова постоянно творила, ибо «гений – это высшая способность концентрировать внимание на изучаемом предмете» (И.Павлов). Приведу пример. На одной из лекций Лев Андреевич спросил нас: «Чему равно отношение плотностей силы тяги в плазменном и ионном двигателях?» Это был 1951-й год. Лев Андреевич уже тогда задумывался (РАЗМЫСЛ!) об электро-динамическом ускорении плазмы, смотрел далеко вперед. «Заказ» от С.П.Королева на ЭРД поступит только в 1957 году, а Лев Андреевич уже на доске писал нам отношение плотностей тяги [ дин/см 2 ]: это Н 2/ Е 2.
В марте 1955 г. я с отличием закончил ММИ / дипломный проект делал в Дубне на синхрофазотроне. Председатель ГЭКа, Бруно Максимович Понтекорво, произнес свои поздравления на итальянском языке. Перевода не было, но по его улыбке и жестикуляции было понятно, что он желает нам успехов. Я был распределен в ЛИПАН, на циклотрон, к Л.М.Неменову.
В июле 1956 года в киоске «Союзпечати» я купил журнал «Атомная энергия» (храню его, как святыню) №3, 1956 г. – со статьей И.В.Курчатова «О возможности создания термоядерных реакций в газовом разряде». Я прочитал среди авторов других статей фамилию – Арцимович! Это мой замечательный профессор! Я начал упорный «штурм» Л.М.Неменова – «Отпустите меня к Арцимовичу! Хочу работать только у него! Л.М.Неменов долго не соглашался /обещал быструю защиту диссертации и т.д./ Мой ответ был непреклонным: «Не хочу диссертации, хочу к Арцимовичу! И вот при мне Л.М.Неменов /низкий поклон его памяти . . . позвонил Льву Андреевичу. Разговор был кратким. Л.М. Неменов ответил: «Способен и работоспособен». 2 июля 1956 г., душный жаркий день. Я вхожу в кабинет Льва Андреевичу ( в ОЭА). Лев Андреевич сидел за столом. Прямо перед его лицом крутились резиновые лопасти вентилятора. Он также обмахивал лицо листом бумаги. Лев Андреевич вызвал к себе А.М.Андрианова и поручил ему показать все лаборатории «термоядерного» БЭПа и познакомить со всеми сотрудниками. Я выбрал группу Н.В. Филиппова и включился в исследование того явления, которое назовут «плазменным фокусом» (ПФ). Лев Андреевич часто ( 1 раз во 2-3 дня) приходил на ПФ, задавал детальные вопросы.
Р.З.Сагдеев писал: «Мы со Львом Андреевичем спорили: - какое явление в плазме наиболее интересно – бесстолкновительные ударные волны или плазменный фокус? Я настаивал на бесстолкновительных ударных волнах, а Лев Андреевич отстаивал плазменный фокус».
Я счастлив тем, что под руководством Льва Андреевича стал первооткрывателем плазменного фокуса /вместе с Д.П.Петровым, Н.В. и Т.Н.Филипповых (Т.И.Морозовой).
С 1959 года в ОПИ была создана объединенная совместная группа из сотрудников ОКБ-1 (С.П.Королев) и ОПИ (Л.А.Арцимович) с целью создания ЭРД «малой тяги». История этих исследований описана мною в газете «Курчатовец». Под руководством Л.А.Арцимовича в 1957 г. был открыт эффект абляции диэлектрика (фарфора!) в мощном импульсном разряде.
В 1962 году были проведены решающие эксперименты по созданию прототипов летных вариантов абляционных импульсных двигателей с генерацией «тефлоновой» плазмы. Лев Андреевич часто заходил в мою лабораторную комнату, в которой в большой барокамере на крутильном маятнике работало две пары ИПД. Секретная Межведомственная Комиссия трех министерств придирчиво рассмотрела итоги исследований. В итоге появилось /с грифом «совершенно секретно»/ знаменитое письмо , с трудом найденное в архиве первого отдела: товарищу М.В.Келдышу, и и.о. начальника И.П.Румянцеву «О системе плазменного движителя для целей ориентации космических объектов» (ксерокопия титульной страницы письма воспроизводится. Л.А.Арцимович в письме, в том числе, пишет: « . . . Считаем необходимым рассмотреть вопрос о конструировании и изготовлении системы, пригодной для испытаний в реальных условиях на космическом объекте». Лев Андреевич подписал это важнейшее письмо 2 февраля 1963 года. Итогом письма, в конечном счете, было решение Л.А.Арцимовича, С.П.Королева, Б.Е.Чертока и Б.В.Раушенбаха начать 11 ноября 1963 г . испытания в космосе первой КЭРДУ с шестью соплами АИПД. Поражают сжатые сроки : 9 месяцев и еще 2 дня на грандиозную работу!
Шрам на больное сердце Льва Андреевича лег 11 ноября 1963 года. Объединенная группа сотрудников под его личным руководством 4 года, почти круглосуточно, искала пути создания ЭРД, который должен был стать исполнительным органом системы стабилизации и ориентации космических аппаратов ОКБ-1 С.П.Королева. Лев Андреевич внимательно следил за развитием исследований. К февралю 1963 г. такой ЭРД был создан. С.П.Королев и Л.А.Арцимович договорились о форсировании работ, чтобы в ноябре 1963 г. произвести первые в мире летные испытания в космосе космической электрореактивной двигательной установки (КЭРДУ), содержащей 6 сопел двигателей. Прекрасное конструкторское бюро и могучие экспериментальные мастерские ОПИ получили от Льва Андреевича «зеленый свет».
В начале ноября 1963 г. на полигоне Байконур все было готово к старту, который был назначен на 11 ноября. Но произошла трагедия. С.П.Королев позвонил Льву Андреевичу и сообщил, что КА типа «Зонд», содержащий первую КЭРДУ, не вышел на расчетную траекторию из-за нештатной работы систем ракеты носителя . . .
В конце 1963 года,т.е. после гибели КЭРДУ, С.П.Королев, Б.Е.Черток, М.П.Мишин, М.Д.Миллионщиков встретились со Львом Андреевичем в ОПИ и договорились 1) о запуске второго комплекта КЭРДУ 30 ноября 1964 г., и 2) об изготовлении трех (!) КЭРДУ (18 сопел ИПД!) на случай (не дай бог!) новых неприятностей на Байконуре, и Лев Андреевич приказал срочно изготовить три комплекта КЭРДУ.
Л.А.Арцимович и С.П.Королев очень любили своего, доселе невиданного «плазменного» первенца. С.П.Королев в сборочных цехах ОКБ-1 в Подлипках лично следил за сборкой и компоновкой КЭРДУ, буквально за рукав тянул сверх занятого человека, члена ВПК, Министра Оборонной промышленности СССР С.А.Зверева, чтобы с гордостью показать КЭРДУ ( 6 сопел АИПД с электроникой управления и блоками питания от солнечных батарей.
Лев Андреевич, романтик не меньший (если не больший), чем С.П.Королев в ОПИ показывал АИПД в действии, в вакуумной барокамере, на классическом крутильном маятнике / точность измерения импульса реактивной силы около 7 %). Барокамера стояла на том самом месте, где позднее располагался фундамент опорной колонны Т-15. . . Лев Андреевич показывал АИПД М.В.Келдышу, А.П.Александрову, С.П.Королеву, Б.Е.Чертоку, М.Д.Миллионщикову, М.Ф.Решетневу, а затем Ю.А.Гагарину и другим летчикам-космонавтам СССР.
С.П.Королев с особой тщательностью отнесся к запуску космического аппарата (КА) ЗМВ4 («Зонд2» 30 ноября 1964 г). Он лично (!) руководит запуском. Но, на сердцах С.П.Королева и Л.А.Арцимовича появились, к сожалению, новые шрамы.
Автоматическая межпланетная станция (АМС) выведена на межпланетную траекторию к Марсу, но радиосвязь прекратилась через 1 месяц. Солнечные батареи раскрылись лишь наполовину, выход из строя ПВУ. . .
Испытания КЭРДУ висели на волоске, во-первых, военные никак не хотели давать разрешение на включение плазменных двигателей, т.к. боялись, что коварная, доселе невиданная ПЛАЗМА «погубит» всю АМС /параболическую антенну и все остальное!/, во-вторых, энергоснабжение было вдвое меньше штатного. Наверняка Лев Андреевич по ВЧ-связи успокаивал С.П.Королева, т.к. АИПД были заранее рассчитаны так, чтобы и при меньшем энергопотреблении можно было получать требуемый импульс реактивной силы, в третьих (и это самое страшное!) никто еще не знал, что через 30 дней связь с АМС вообще прекратится !!! Связь должна была прекратиться около 30 декабря, но АМС с КЭРДУ на борту пока еще двигалась по траектории к Марсу. Спасибо С.П.Королеву, что он, по-видимому, надеясь на лучшее, но рассчитывая на худшее, настоял на том, чтобы испытать КЭРДУ 14 декабря 1964 года. Военные 14 дней не давали разрешение на включение КЭРДУ. И за это им теперь следует сказать спасибо, т.к. АМС удалилась от Земли на 5370000 километров, как и было указано в сообщении ТАСС 19 декабря 1964 года. Можно представить огромную радость С.П.Королева, Л.А.Арцимовича, М.В.Келдыша, А.П.Александрова, Б.В.Чертока, Б.В.Раушенбаха, М.Д.Миллионщикова и всех сотрудников ОПИ.
В новогоднем номере «Правды» (1 января 1965 г.) С.П.Королев в статье «Космические дали» писал: «Впервые в космической технике для целей ориентации был успешно опробован плазменный движитель, что представляет большой интерес для межпланетных полетов». Вот видите: от малого к большому, step by step (одна из любимых фраз Льва Андреевича).
Несмотря на строжайший режим секретности, в США в 1968 году появилась публикация, в которой практически полностью х) воспроизведена конструкция первого советского АИПД /кроме уникальной схемы инициирования, впервые опубликованная мною лишь в 2007 г., в докладе во Флоренции/.
Абляционный /иногда его неправильно называют «эрозионный» импульсный плазменный двигатель – АИПД, или, сокращенно, плазменный двигатель Арцимовича обладает уникальными свойствами:
О достоинствах АИПД кратко и четко написали А.И.Морозов и А.П.Шубин х) «Безусловно, для целого ряда задач импульсный режим работы двигателя не так хорош, как стационарный режим. Но если попытаться определить место ИПД среди ЭРД, то следует отметить присущие им существенные достоинства, делающие эти двигатели вполне конкурентоспособными в соревновании с другими ЭРД. Во-первых, устройство ИПД исключительно простое, особенно проста система подачи рабочего тела, во-вторых, диапазон энергий и тяги у них, пожалуй, самый широкий изо всех существующих ЭРД, так как, варьируя частоту импульсов можно как угодно изменять среднюю во времени тягу, в-третьих, они могут
Х) Мой друг и коллега по АИПД, Леонид Алексеевич Пец предполагает, что утечка информации наиболее вероятна из сборочных цехов ОКБ-1
работать на самых разнообразных рабочих телах, даже простой булыжник хх), перед которым «спасует» любой другой современный ЭРД, окажется для ИПД вполне съедобным». Наконец, в-четвертых, они исключительно надежны в работе. Все это дает основание предполагать, что в будущем ИПД будут использоваться в космосе весьма интенсивно».
Следует напомнить очевидный факт, что стационарные плазменные двигатели (СПД) созданы под руководством Л.А.Арцимовича, Г.Я.Щепкина и А.И.Морозова /естественно при результативном и плодотворном и конкретном участии Ю.В.Еспипчука, Ю.А.Шарова, Г.Н.Тилинина и др., роль которых невозможно переоценить.
На конференции во Флоренции я, в том числе сказал: «Я – патриот ИПД, занимаюсь ими около 50-ти лет (аплодисменты). Вот здесь, напротив меня, в зале сидит мой друг Владимир Ким. Я говорю Киму, что ИПД лучше, чем СПД (аплодисменты) и это преимущество будет со временем только нарастать, особенно, когда начнутся дальние миссии на пилотируемых космических кораблях, например, по программе полета ххх) за орбиту Плутона, например, исследование Облака Оорта.
Кораблю с маршевым ИПД не нужно брать источник рабочего тела: экипажу достаточно «поймать» булыжник астероида (хохот в зале). Кроме того, в полете с экипажем можно с пользой использовать отходы жизнедеятельности астронавтов (хохот)».
В книге А.И.Морозова «Введение в плазмодинамику» перечислены 20 пионеров управляемого термоядерного синтеза. Л.А.Арцимович указан одним из 20, но почему-то не указан Б.Б.Кадомцев (?!). . . Но это еще полбеды. В книге названы 4 основоположника космических электрореактивных двигателей, но среди них не назван (?!)
Х) А.И.Морозов, А.П.Шубин «Космические электрореактивные двигатели», «Знание» серия Космонавтика и Астрономия, №7, 1975 г.
хх) Напомню, что абляция фарфора обнаружена под руководством Л.А.Арцимовича
ххх) Именно это имел в виду С.П.Королев – межпланетные полеты.
Лев Андреевич Арцимович! Как же так? Именно Л.А.Арцимович открыл новую эру в ракетной технике – эру КЭРД. Основоположником КЭРД Л.А.Арцимовича по праву считали М.В.Келдыш, С.П.Королев, М.П.Мишин, А.П.Александров, Б.В.Раушенбах, М.Д.Миллионщиков, М.Ф.Решетнев, считает Великий Летописец истории ракетной техники и космонавтики в СССР Б.Е.Черток. Но А.И.Морозов даже не упоминает Л.А.Арцимовича как основоположника КЭРД, вопреки и фактам, и здравому смыслу.
Эту фальсификацию истории развития КЭРД в СССР невозможно объяснить в рамках разумной логики. Это можно расценить и как оскорбление нашего гения советской науки и техники – нашего Л.А.Арцимовича.
В Древнем Риме А.И.Морозову ответили бы однозначно:
MALA FIDE ! MALA FIDE – это нечестно, недобросовестно.
Чтобы больше никогда не возвращаться к данному вопросу, следует (не в первый раз!) заявить фальсификаторам истории электрореактивных двигателей следующее.
На юбилейной, ХХХ-й Международной Конференции по Космическим Электрическим Ракетным Двигателям (КЭРД) (Италия, Флоренция, 17-20 сентября 2007 г.) мною было провозглашено, что основоположниками КЭРД являются четыре великих гражданина России – К.Э.Циолковский, В.П.Глушко, С.П.Королев, Л.А.Арцимович.
Убедительные доказательства были необходимы /в частности, в связи с диспутом с моими уважаемыми коллегами из США и они были представлены в моем и подробном докладе (IEPC 2007 -109, 18 сентября 2007 г).
Генеральный Председатель Конференции, крупный итальянский ученый и организатор итальянской космической науки, директор Института космических исследований и руководитель космической корпорации ALTA (г.Пиза, Италия) профессор Мариано Андренуччи согласился с этими доказательствами, что было встречено аплодисментами всех делегатов. Радостно сознавать, что только одной стране мира – России – принадлежит слава открытия Третьей Эры в истории ракетных двигателей – эры КЭРД.
Поэтому фальсификаторам истории можно ответить кратко и выразительно: dixi! («я сказал все, что хотел!»).
С.П.Королев очень уважал, любил и ценил Л.А.Арцимовича. М.В.Келдыш, С.П.Королев, Л.А.Арцимович были романтиками и мечтателями, но, одновременно гениальными мыслителями, творцами, которые могли увидеть (озарение!) реальные пути воплощения своих творений в жизнь.
В 1955 г. возникла идея создания первого искусственного спутника Земли (ИСЗ). Многим эта идея казалась какой-то невозможной фантастикой. К работам по ИСЗ М.В.Келдыш привлек Л.А.Арцимовича, В.Л.Гинзбурга, Б.П.Константинова, В.А.Котельникова, А.Ф.Иоффе, П.Л.Капицу. На совещаниях по ИСЗ, проводимых С..Королевым, само присутствие таких корифеев придавало делу солидность и уверенность в успехе.
С.П.Королев в сборочном цехе, показывая на монтируемый ИСЗ, сказал сотрудникам: «Вспомните меня, он будет в Музее!». Почти сразу после запуска ИСЗ С.П.Королев договорился с И.В.Курчатовым, М.В.Келдышем, Л.А.Арцимовичем о начале разработки и создания космических ЭРД.
Итог известен: в Государственном Музее Истории Космонавтики имени К.Э.Циолковского в Калуге очень близко друг от друга находится первый в мире Спутник С.П.Королева и первый в мире Плазменный Двигатель Л.А.Арцимовича.
Научный Отец
Под непосредственным руководством Льва Андреевича я участвовал в открытии и исследовании плазменного фокуса /совместно с Д.П.Петровым, Н.В.Филипповым, Т.И.Филипповой/, а затем с 1959 по 1968 гг – участвовал в разработке и создании первого в мире КЭРД. Здесь, в моих воспоминаниях, я испытываю чувство неловкости перед моими читателями, моими коллегами по ОПИ – ИЯС. Чувство неловкости возникает оттого, что кому-то может показаться, что нескромно, что излишне много пишу я о собственной персоне и т.д. Но это впечатление будет обманчиво. Я хочу впервые «рассекретить», обнародовать потрясающие /для меня/ факты, из которых будет понятно, почему, Льва Андреевича я имею честь, радость и гордость считать своим Научным Отцом. Почти сразу, после успешных испытаний в «дальнем космосе» первой КЭРДУ, в общественном мнении некоторых сотрудников ОПИ стала «витать в воздухе» идея, что, в интеграле, по совокупности результатов моей работы, моя будущая диссертация, возможно, заслуживает присуждения докторской степени. Схема «идеи» проста: я представляю в Ученый Совет ИАЭ диссертацию на соискание степени кандидата физ.-мат. Наук, а Ученый Совет присуждает степень доктора технических наук. С целью сокращения объема текста я опускаю многие /иногда драматические подробности, связанные с т.н. «подковерными» играми, интригами и т.д./ и кратко излагаю суть проблемы. А суть проблемы – как всегда- «человеческий фактор».
В ОПИ оказался один человек /личность, по большому счету, замечательная!/, который воспротивился этой идее. А его влияние в Ученом Совете было очень велико. Я не назову имени этого человека. Его уже нет в живых. Я не имею к нему никакого чувства обиды. В конце концов, этот заслуженный (имя которого я «зашифрую» индексом «N») человек имел собственное мнение по данному вопросу, и это его право. Ситуация была скверной, фактически безвыходной, неразрешимой . . . В очень тяжелом настроении я вышел из здания и пошел на выход, к главной проходной. Чудесным образом (Бог есть!) я увидел Льва Андреевича. Он тоже шел на выход. Был теплый сентябрьский день 1966 года. Лев Андреевич шел медленно, без головного убора, в расстегнутом плаще. Наверное, он неважно себя чувствовал. Я поздоровался, и мы пошли рядом. Я точно не помню, как начался разговор. Я сказал: «Лев Андреевич! N сказал мне, что он поддерживает защиту мною докторской диссертации. Лев Андреевич, с грустной и, одновременно, саркастической улыбкой, мгновенно отреагировал: «Знаю я, как N вас поддерживает! Зайдите завтра ко мне. Я зашел ко Льву Андреевичу. Он кратко сказал, чтобы я написал письмо в МФТИ и объяснил содержание письма. В первом отделе я написал такое письмо. «Ректору МФТИ академику О.М.Белоцерковскому. Уважаемый Олег Михайлович! Прошу Вас принять к защите на Вашем Совете кандидатскую диссертацию на тему . . . Необходимость защиты на Вашем Совете обусловлена тем, что в Ученом Совете ИАЭ нет достаточного количества членов Совета, которые могут разобраться в совокупности проблем, затронутых в диссертации. Академик Л.А.Арцимович. Письмо , подписанное Львом Андреевичем, решило мою судьбу благоприятным образом.
Лев Андреевич всегда все предвидел на много шагов вперед. Он предвидел наихудший сценарий в ИАЭ: Я защищаюсь в ИАЭ. Лев Андреевич выступает в мою защиту, но . . . далее N выступает в мою поддержку, но друзья N при тайном голосовании дружно голосуют против. После этого N с плохо скрываемой улыбкою говорит: «Вот видишь, большинство членов Совета против твоей докторской. При этом наносились 2 удара – первый против меня, второй, главный, удар – по престижу Л.А.Арцимовича, по его больному сердцу. . . Вот такие «подковерные» игры!
Я никогда не забуду этой гениальной и результативной поддержки Льва Андреевича. А в МФТИ за присуждение мне ученой степени д.т.н. голосование было единогласным (25:0). Лев Андреевич был очень доволен своей дипломатической победой и говорил : «Сегодня мой ученик успешно защитил докторскую!»
На моем личном примере видно, как искренне, благородно Лев Андреевич заботился о своих сотрудниках. Я знаю, из рассказов моих друзей, замечательные примеры такой заботы, и лишь необходимость сокращать текст заставляет меня остановиться.
Увидев впервые Льва Андреевича 1 сентября 1951 г., я, как и все другие, были потрясены и зачарованы его личностью – Личностью Настоящего Человека – благородного рыцаря науки и техники, универсального ученого, инженера, мыслителя – Человека на все временны!
Судьба влекла меня к нему, я рвался к нему изо всех возможных сил, мечтая работать рядом с ним. Благодарю судьбу за то, что моя мечта сбылась.
Мечты простых людей иногда сбываются. Мечты гениев беспредельны.
С.П.Королев уходил из дома в больницу /из которой он, увы не вернулся домой. Как Вы думаете: Какую книгу он взял с собой? Он взял в больницу и читал книгу Е.Зенгера «К механике фотонных ракет!
В рукописях Леонардо да Винчи нашли текст, который можно истолковывать, как описание двухступенчатого звездолета, парящего в просторах Вселенной.
И.В.Курчатов мечтал о ядерных ракетных двигателях (ЯРД).
Лев Андреевич знал, что с 1949 г. в США работали над созданием прямоточных термоядерных ракетных двигателей (ТЯРД).
Эти исследования продолжаются и сейчас. Конечно, создание звездолета, оснащенного ТЯРД, - дело далекого будущего, но они обязательно будут созданы. На юбилее РКК «Энергия» звучала песня Ю.Визбора: . . .Нет привала на пути крутом,
где гроза сшибается с грозою,
До свидания. Плавится бетон.
Звездолет становится звездою.
Мы пройдем сквозь черные циклоны
От смоленских солнечных берез
До туманных далей Оберона.
Имя и дела Льва Андреевича Арцимовича действительно бессмертны, ибо гений не умирает.
В Риме поставили памятник Галилею. Памятник в честь изобретения телескопа. Галилея чтят как гениального мыслителя, изобретателя, инженера.
Таким был Леонардо да Винчи.
Таким в памяти благодарного человечества является «наш Леонардо» - Лев Арцимович.
Конечно, есть тривиальный путь увековечить память Л.А.Арцимовича, например – установить ему памятник рядом со зданием, где будет смонтирован ИТЭР.
Бессмертным памятником Л.А.Арцимовичу станут будущие коммерческие термоядерные электростанции. И термоядерное пламя будет тем величественным факелом, который будет гореть во славу Льва Андреевича Арцимовича.
Все большее количество КЭРД бороздит просторы Космоса. И это тоже во славу Льва Андреевича.
«Нет! Никогда не умирает тот,
Чья жизнь прошла светло и беспорочно,
Чья память незабвенная живет
В сердцах людей, укоренившись прочно.
/Лопе до Вега/